- Что это значит? - Муся требовательно смотрит на Филиппа.

- Да сущий пустяк... Служебный паек, так сказать.

- Что?!

- Филипп, не ерничай. Я ей все поясню, - сказала Анна Михайловна. Понимаешь, Филипп сейчас работает в разборе конфискованных коллекций. И в качестве оплаты за труд они имеют право получить по одной вещи на каждого члена семьи.

- Это кем же вы изволили меня зачислить? - свирепея, спросила Муся. Сестричкой? Или, может быть, кем-то другим?

- А в нашем департаменте полное равноправие и сестер, и братьев, и жен, и матерей.

- Я не имею чести принадлежать к вашему департаменту. И паек мне ваш не нужен.

Она бросила браслет на стол.

- Пардон, - сказал Филипп. И с огорчением: - Ничего лучшего я изобрести не мог, чтобы помочь семье моего учителя.

- Папу оставьте в покое!

- Ну, чего ты взбеленилась? - набросилась на нее Анна Михайловна. - Ты что, не понимаешь? Это ж проформа. Служебная игра! И больше ничего... Не все ли равно, чем платить - деньгами или пайком?

- Ты можешь получать паек чем угодно и жить как угодно. А меня увольте! - Муся пошла к себе в комнату.

- Вот вам и благодарность! - обиженно развела руками Анна Михайловна. Но браслет взяла и спрятала вместе с сапфировым кулоном в складках платья.

- Но любимую вашу книгу... "Дон Кихот" с рисунками Дорэ, может, примите? - спросил Филипп и взял с дивана роскошное издание.

- Краденого мне не нужно, - сказала Муся с порога.

- Глупенькая, книги не крадут - их умыкают, как девушек.

Утро. Муся сидит за столом, пишет. Входит Анна Михайловна в каком-то странном халате, смахивающем на японское кимоно.

- Надо все-таки объясниться, - говорит она, присаживаясь на стул.

- В чем? - неохотно спрашивает Муся.

- Ты подозреваешь Филиппа бог знает в каких грехах.